Skip to content
zastavka.jpg
Ви знаходитесь: Головна arrow Видавнича діяльність arrow Книги
Книги Надрукувати

 

 

1.jpg  Вийшов друком акафіст Святим царственим мученикам.  Особливістю книги є те, що вона вміщує не лише акафіст та житіє страстотерпців, але й має вкінці книги статтю про монастир Царствених мучеників в Україні.

На звороті обкладинки розміщена адреса та схема проїзду до монастиря.

2.jpg  

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

alipia.gifВийшов друком другий том спогадів про м. Аліпію (Голосіївську). В цій книзі містяться спогади настоятеля монастиря Царствених мучеників ігумена Тріфона (Зінченко) під назвою «Радость наполнила мою душу – этот человек от Бога». Підготовкою статті до друку займався видавничий відділ монастиря.

 

 

 

 

Уривок з книги:

 «Поездка наша была в Черниговскую область на родину моего отца – там у него был больной парализованный отец, за которым мне пришлось ухаживать. Побыли мы в деревне у дедушки и поняли, что врачи ему уже не помогут – весь он иссохся, без посторонней помощи не может обойтись. Приехали в Киев, чтобы во Львов ехать, и снова пошли к Матушке. Я стал в дверях, пропустил отца поближе к ней, ведь он все-таки мой родитель. Отец снова по-простому начал представляться: Матушка Алипия, вот я Василий, это мой сын Тарасий, у меня отец Алексей, хотя мы были у нее несколько дней назад. Отец каждый раз приходил к Матушке и рассказывал, кто он такой и откуда. Мне как-то не по себе стало: «Ведь матушка человек духовный, если ей Господь открывает о болезнях, о внутреннем состоянии человека, о помыслах, неужели ей нужно говорить, кто ты и какого рода – ведь это не главное, она и так всё знает». Отец все рассказывал, матушка перебила его и говорит: Твой отец Алексей умер, а вот отцу Димитрию еще можно помочь». Отец не понял: Матушка, какой Димитрий? Моего отца звать Алексей, он из Бобровицкого района… И опять все начал рассказывать. А я понял, что то, о чем матушке Алипии мы никогда не говорили и знать она этого не могла, было ей открыто. Дело в том, что моя мама родом из Тернопольского района, ее отец, мой дедушка Димитрий, был живой. Так получилось, что заболел дедушка Алексей, отец моего папы, а у мамы заболел Димитрий. Мы его возили во Львов к врачам, платили деньги, находили лекарства, но ему ничего не помогало. У него не поднимались руки – он не мог даже сам кушать. Врачи на него махнули рукой, сказали, что ничем ему помочь не могут, что за болезнь – никто не знал. Отправили его в деревню умирать. Так он и сказал: «Ну, все, буду уже готовиться умирать». Хотя он был большим тружеником, корова у него была, хозяйство, которое он очень любил. В церковь он ходил каждое воскресение, праздники, даже помогал в церкви пономарем. Меня поразило, что матушка Алипия, отвечая на наш вопрос о дедушке Алексее, сказала, что он уже умер. Отец возмущался: Да он не умер! Он живой, и не Димитрий его звать, а Алексей! Я сразу понял глубину прозорливости матушки! Поэтому остановил отца: «Слушай, что матушка Алипия говорит». Отец начал прислушиваться, присмирел, а матушка продолжила: Твой отец Алексей умер, ему уже ничем не поможешь, а вот отцу Димитрию еще можно помочь – у него руки вот так вот не поднимаются, он не может руками двигать, он ходил по врачам, но врачи отказались от него. Я сделаю для него мазь, пускай ко мне Тарасий послезавтра приедет, я отдам ему мазь, пусть он дедушке передаст, она ему поможет, и он еще десять лет проживет. Только ты смотри, Василий, чтобы эту мазь мыши не съели. []Проводник продал мне билет, и я по милости Божией добрался в Голосеево. Когда я вошёл в домик, то заметил, что у матушки был очень уставший вид. –– Тарасий… Я целую ночь не спал. Мне всю ночь мешали. Но я всё сделал! и она показала баночку с мазью, которую держала в руках. Потом матушка подошла к углу с иконами и начала молиться. Временами она что-то выкрикивала на непонятном мне языке (скорее всего, на мордовском) и грозила рукой в левую сторону от святого угла –  туда, где было окошко. Время от  времени я различал русские фразы: «Ух, я вам покажу, уйдите, не мешайте! Как вы меня замучили! Я вам её не отдам!». Потом осенила себя и ту сторону, куда грозила, крестом. Я в оцепенении стоял у дверей. Было впечатление, что матушка борется с невидимой силой. Присутствие нечистой силы чувствовалось, но потом наступил момент, когда всё стало успокаиваться, умиротворяться. Затем матушка с облегчением вздохнула, вновь перекрестила себя и окно и протянула мне мазь.Видя происходящее, страха не было, но было совестно – ведь какую борьбу претерпевают духовные люди, чтобы помочь нам с нашими скорбями и болезнями. А мы часто живём бездумно и нерадиво. Поблагодарив матушку Алипию, я забрал мазь и отвёз больному дедушке. Молитвами матушки он прожил еще ровно десять лет,  а дед Алексей через несколько недель умер, как и предсказывала старица».